Русская строгость

[minsk007]

Я вот чё не понимаю. Смотришь в Германии какой дети сидят на полу в библиотеке и никто и пальцем не шевелит. В совке всегда бы нашлась какая-то держиморда, которая бы рявкнула "Не положено!". В Германии очень либерально, а в совке было очень строго. Но при этом в нестрогой Германии порядок, а в строгой Рашке всегда бедлам и говнищще.
Как такое может быть?

Comments

[grzegorz-b.livejournal.com]

Ну так есть разница между важным и внешним

[minsk007.livejournal.com]

не, ну всё же, хоть внешне должен был быть порядок
но даже внешне не был

[m-for-mijers.livejournal.com]

Строгость законов несколько компенсируется необязательностью исполнения. Ну, и в приведенном примере все будут сидеть за столом и тихо, но пиздить книги из библиотеки.
Если копнуть глубже, то настоящий порядок-это вовсе не когда все ходят ровно и строем, а когда в людях присутствует некий моральный закон, прям по Канту загнул. Так вот у совков моральный закон как раз и состоит в том, что бы ловко наебать систему, которая их каждый день имеет.

[minsk007.livejournal.com]

вообще да, так и есть

[andreybar.livejournal.com]

Потому то и не возражают от сидения на полу, что пол чистый.

[minsk007.livejournal.com]

да не только пол, масса другого, например, совковая больница а-ля тюряга с её часами посещения и рявкающими медсёстрами и много другой тупой "строгости", всё на пустом месте

[don-oles.livejournal.com]

рашкованы и в библиотеке - смирно на хую.

[andreybar.livejournal.com]

Часто это ментальность злобная, а часто это привитая плохой и не здоровой жизнью забота и страх за здоровье детей.

Сидит на полу - получит заразу, простудится и так далее. А тут в Луизиане класс приходит ко мне в лабораторию на экскурсию и училка дает команду садится - все садятся прямо на пол, никто и не задумывается.

[chlorian.livejournal.com]

Вы ее встречали. К сожалению, она всегда где-то рядом. Почти нет на свете живой женщины, которая полностью была бы Страшной Бабой. Но тут и там мелькнет в толпе, в коротких житейских стычках. Узнается по носорожьей правоте, по привычке не слушать, а гнуть свое, по походке… Самое ужасное — обнаружить ее присутствие в себе, в своих близких. Это случается не так уж часто, в каких-то особенных ситуациях, скажем, когда приходится топить котят, но все-таки бывает.

Тусклые волосы, сжатый в ниточку рот, готовый выплюнуть жестокое, несправедливое слово, чугунный шаг, редко мигающие глаза. Она выживает в бараке, в горячем цеху, на самой склочной кафедре, в самом хитром и диком бизнесе. Скупая, подозрительная, беспощадная, бесчувственная. Она всегда готова попрекнуть куском или отвесить оплеуху: “Не напасешься на вас, паразитов. Ешь давай! Ешь что дают, и не разговаривать тут мне!” Ее огромные, много больше человеческого роста истуканы стоят на площадях наших и уже не наших городов, уродуя пейзаж, словно напоминание: я здесь, не отвертитесь. В свое время киевляне назвали ее “клепана мать” — и этим сказано все. Ни капли молока не выжать из ее сосцов, вся она сухая и жесткая, сухи ее глаза, сухи губы, сухо ее лоно.

Всякое трепетное, влажное, человеческое ей гадостно, особенно если это женское. Она с брезгливостью относится к беременным, и будь ее воля, то девочек стерилизовали бы, а мальчиков кастрировали — так гигиеничнее, да и порядку было бы побольше. Когда она говорит об отношениях полов, в ее голосе слышится омерзение, любовь для нее — род обмана и чей-то способ захватить власть. Ее власть основана на другом способе, ее тема — подчинение, подавление, порядок.

Ее человеческие воплощения между тем часто работают в сфере образования и здравоохранения. Может быть, потому, что там легче контролировать — есть система, иерархия; а может быть, просто потому, что там вокруг беспомощные… Это она в образе коренастой санитарки гонит из абортария одуревшую от наркоза и боли семнадцатилетнюю дуреху, намотав на крепкий кулак подол жалкой рубашонки. Вот этим кулаком, тычками в поясницу по длинному коридору: “Нечего тут, ишь какая цаца выискалась! Как нагулять, так все вы умные, а теперь, видишь ли, больно!” Тычок в спину, девчонка спотыкается: “Не падать тут у меня, еще восемь дур в очереди!” И это она же в процедурной детской поликлиники, где глядят с полок раскоряченные куклы, цедит своей учетчице через голову подобострастной мамаши: “И вот так еще два часа” — в том смысле, что дети плачут, когда им больно, — и железной рукой, почти не глядя, втыкает тупую иглу в нежную двухлетнюю плоть, словно штамп ставит: “Ты у меня запомнишь, и ты, и ты, и ты”. И они запомнят. Даже не боль, а неотвратимое движение железной руки, которой эта боль до лампочки, по барабану, и лучше бы, если бы не орали, а еще лучше — совсем не жили. Она всегда пророчит худшее: мальчик вырастет бандитом, девочка пойдет по рукам, а у вашего ребеночка, мамаша, сепсис разовьется, а мне потом отвечай.

Она не всегда была такой, она такой стала, прожив с нами несколько поколений, в постоянном страхе недоеданий, по карточкам и спискам, в эшелонах и санпропускниках. Она уродливая тень, искусственно выведенная порода, черный двойник другой Матери — щедрой и любящей, которой мила и телесность, и плодовитость, и детские слюнки на подушке, и цветение дочек и сыновей.

Страшная баба могла вырасти и развернуться во всю ширь только в стране, где лагерная мудрость “Не верь, не бойся, не проси” хлынула в обычную, не лагерную жизнь — а была ли она, эта обычная жизнь? — и проникла везде, где только можно.

Когда акушерка бьет роженицу по лицу, чтобы не орала и не мешала работать, когда воспитательница детского сада ставит детей голыми на окна за то, что они не могут проглотить таблетку от глистов, когда учительница младших классов выхватывает у девчонки какой-то неположенный листок, рвет в клочки и заставляет девчонку на карачках собирать эти клочки — и вообще всегда, когда происходят бесконечные, малые и немалые, насилия над женским и детским, с сильной примесью стыда, унижения, — это ее вотчина, здесь она совсем своя. Собственно, только она там и своя — сторожевая сука женского отделения преисподней, продукт затянувшейся на век войны всех со всеми.

Людмила Петрушевская

[avla.livejournal.com]

ужас какой
да, умеет Петрушевская нагнетать

мои успели свалить в Австралию в возрасте 9, 6 и 4 года
но и то успели прихватить немножко вот этого вот

"воспитательница в садике заставляла есть и волокла за шиворот, я её очень боялась" - это старшая вспоминает
"воспитательница в садике запрещала какать, и тогда один мальчик накакал на ковёр" - это младшая
(надеюсь у того мальчика всё хорошо)
средненькая вроде легко отделалась - хотя я не распрашивал, зачем теребить эти гадкие воспоминания

[minsk007.livejournal.com]

вот отличное описание
в точку

[minsk007.livejournal.com]

да, детсад мало у кого хорошее воспоминание

[k155la3-1-7-by.livejournal.com]

тут в Китае тоже самое. и в книжных магазинах тоже.

захотел- завалился со стаканом кофе в книжный магазин, расположился на полу и читай сколько влезет, никто слова не скажет.

дети бегают, одну книгу схватил, полистал, положил обратно. потом схватил другую. есть специальные стопки с сильно уценёнными книгами, которые хватают и читаю все кому не лень.

в одном магазине в детском отделе вообще небольшие деревянные горки поставили- почитал, полазил, поразвлекался.

некоторые граждане в книжных магазинах даже прикорнуть умудряются :)

[k155la3-1-7-by.livejournal.com]

всё описанное запросто попадает под статью "истязание".

выебать можно всех от и до за такое. с привлечением прокуратуры, минздрава и РОНО. и две последние организации тоже можно хорошо выебать за то, что позволяют у себя такому происходить.

будут умолять на коленях остановиться и ходить по струнке и бояться дышать в сторону ребенка.

[avla.livejournal.com]

мне примерно 40 лет назад в детском садике вообще суп вылили за шиворот за то что не хотел есть

полагаю что и в то время была прокуратура, минздрав, РОНО?
Но поколение сменилось, а в России всё по-прежнему.
Впрочем моим суп уже не выливали - всё тки есть значит прогресс!

Но лучше я и мои дети и внуки будем жить в Австралии или ещё в какой-нибудь нормальной стране.
вот у меня в Австралии детей любят
никому и в голову не придёт обидеть ребёнка
или даже
"ох я б ему сейчас вылила суп за шиворот но боюсь судебного преследования"
вряд ли в голову придёт

[ju-88.livejournal.com]

Вот сидение на полу это то, против чего я всегда возражал. Не в смысле чужих детей поучать конечно. Мои не садились. И внучка кстати не склонна чуть что шлепаться попой на пол. Собснна, мода пошла от публики 69s, бунтарей типа, интуитивно следующих за желаниями. С другой стороны, пусть расцветают все цветы и если кому-то нравится сидеть на полу и без такого сидения у него будут штресс и нэрвы - пол должен быть вылизан, бо обществу штресс и нэрвы не нужны.

[k155la3-1-7-by.livejournal.com]

я ещё думаю, что дело в том, что далеко не каждый знает, что свои права можно и нужно защищать, особенно, если это касается детей. ну то есть если что-то произошло, то просто не знают куда бежать. а тут ещё накладываются установки, мол, "стучать не хорошо", "а может так и надо?", "а что люди скажут?" ну и прочее говно.

как обстояло дело 40 лет назад- я не знаю, ничего сказать не могу. я только знаю, что делать и куда бежать сейчас.

я беларус и не теряю надежду, что Беларусь рано или поздно станет нормальной страной. вовсе не обязательно, как Украина, рватся в Европу, но нормальную страну, ИМХО, можно построить и так. главное, чтобы к нам русский мир и прочее говно не полезло.

в Китае тоже детей любят и соврешенно номарльно относятся, если, к примеру, ребенок носится по ресторану и кричит.

нам тут в Китае сейчас очень не плохо живется, пока сваливать не планируем. ну и в самом крайнем случае, если тут всё станет печально, у меня жена и младший граждане одной и стран Евросоюза (старший, надеюсь, получить гражданство в октябре), свалим в Европу.

[k155la3-1-7-by.livejournal.com]

да дело не в полу вовсе. дело в том, что приходишь в библиотеку и располагаешься там с комофртом, а не следуешь тупым и бесмыссленным запретами

[ju-88.livejournal.com]

ну это и не обсуждается даже. В библиотеку пришел - уже хорошо, уже умница, хочешь на стульчике - вот стульчик, хочешь на пол - вот коврик. Орднунг, он в наличии стульчика, коврика и чистого пола, в обученной библиотекарше, а не в зашнурованных в корсеты детях.

[minsk007.livejournal.com]

в америке в библиотеках часто толстые ковры - хоть лежать можно

[ju-88.livejournal.com]

они ковры кладут потому что пол мыть не любят, это же ж всем известно. а в библиотеках у них только комиксы.

[minsk007.livejournal.com]

да ладно заливать, в американские библиотеки я был частый ходок

[ju-88.livejournal.com]

то есть насчет немытого пола возражений не возникло :)

Я в Вегасе кстати по гостиничному номеру босиком походил. Из этого было 3 последствия:

1. ноги были ЧОРНЫЕ
2. друзья наши, оторжавшись, объяснили, что не надо разуваться, не принято, ковры моют, но редко.
3. тем не менее, совершили наезд на администрацию (люди с эуропы приехали, а у вас пол не пропылесошен!) и администрация проставила нам завтраки (ах, как неловко, примите и проч.) в совершенно олдскульной столовке на заправке неподалёку

Надо было в библиотеку заглянуть :)

[minsk007.livejournal.com]

зависит
у нас регулярно драили ковры таким брызгающим пылесосом

[zombie-shaun.livejournal.com]

Школа не лучше. У нас математичка двоечников натурально пиздила по голове.
Один раз заехала кольцом в бровь и потекла кровищща.
Не знаю даже сделал ли втык директор, поскольку на следующий день приперлась, как ни в чем не бывало.
Совок - все лучшее детям, ага.

[minsk007.livejournal.com]

да, сурово

[maryan-ss.livejournal.com]

Порядок там, где люди счастливы, где есть взаимо- и самоуважение. А где человек подавляется, опускается, где унижается человеческое достоинство и всё держится на страхе.. - откуда там порядок? Только видимость, и то не на долго. "Человек человеку волк", "не наебешь - не проживёшь" и т.д. Ну, выше вам примеров накидали. Система такая, людоедская + негативная селекция - выводили идеального раба.

Если интересно, немного касаюсь этой темы тут:
http://maryan-ss.livejournal.com/18022.html

[max-andriyahov.livejournal.com]

ответственность и самостоятельность

[avla.livejournal.com]

воспитательница детского реабилитационного центра "Добрый Волшебник" во время кормления сломала руку семилетнему слепому мальчику
видео с камеры наблюдения, на котором видно, как ребенку, который отказывается есть, заламывают руки и бьют его по голове.

http://k-inform.com/news/zlie-fei-_dobrogo-volshebnika_-_eksklyuziv_-584.html